Глава из книги, которую я пишу.

«Еще в тридцатые годы ученый, академик Алексей Алексеевич Ухтомский сформулировал один из основных принципов деятельности центральной нервной системы, который назвал «принципом доминантности». Согласно этому принципу, под влиянием возбуждения, вызванного внешними либо внутренними раздражителями, формируется очаг господствующего возбуждения (доминанта), обеспечивающий деятельность организма в определенном направлении, который способен оказать тормозящее действие на работу других нервных центров, препятствующих этому.

Таким образом, доминанта (лат. dominans, dominantis господствующий) – это очаг возбуждения в центральной нервной системе, создающий готовность организма к определенной деятельности в данный момент.
В шестидесятых годах Илья Аркадьевич Аршавский применил этот принцип для исследования и объяснения изменений, происходящих в организме беременной.
Во время беременности в организме женщины возникает, как называемая доминанта беременности, или гестационная доминанта,

Гестационная доминанта – это доминанта, возникающая у беременной после имплантации яйцеклетки в слизистую оболочку матки, обусловленная постоянной афферентной импульсацией изинтерорецепторов матки и способствующая нормальному развитию беременности.

По мере приближения к родам доминанта беременности сменяется доминантой родов и далее доминантой грудного вскармливания, ухода и заботы о ребенке.

Легендарный французский акушер-гинеколог Мишель Оден вводит термин «неокортикальное торможение». Неокортекс — новые области коры головного мозга, которые у низших млекопитающих только намечены, а у человека составляют основную часть коры. Неокортекс отвечает за осознанное мышление, речь, сенсорное восприятие.

Во время беременности, благодаря возникновению той самой гестационной доминанты, происходит снижение активности коры головного мозга (неокортекса). Вместо этого более активными становятся подкорковые структуры головного мозга: гипофиз, лимбическая система.
Так, во время беременности передняя доля гипофиза резко увеличивается, в 2 раза и больше превышая ее размер в отсутствие беременности.

Лимбическая система состоит из различных анатомически и функционально связанных образований головного мозга. Одни из них относятся к подкорке, другие — к коре, но не к новой (неокортекс), которая покрывает поверхность больших полушарий, а к старой, древней, занявшей в процессе эволюционного развития место в глубине головного мозга.

Таким образом, и подкорковые, и корковые образования лимбической системы расположены в глубине мозга. Лимбическая система ответственна за инстинктивное поведение, за эмоции, связана с регулированием состояний сна и бодрствования, за восприятие обонятельных импульсов. Все эти процессы сопровождаются выработкой гормонов в этих же подкорковых отделах головного мозга.

Мишель Оден называет эти области головного мозга нашим «древним» или «животным» мозгом.

Основываясь на понимании физиологии, можно сделать выводы о том, какие психические процессы происходят с женщиной при неокортикальном торможении. Способность к мышлению, рациональному восприятию и анализу уменьшается. В то время как, увеличение чувствительности к эмоциональной сфере, эмоциональность, доступность инстинктивного реагирования увеличиваются.

Так же благодаря снижению активности коры головного мозга, женщине становится более свойственно состояние забывчивости, растерянности в обычных бытовых вопросах, более низкая способность к концентрации.

В случае, если навыков здорОво и взросло обращаться с собственной эмоциональной сферой и возросшей чувствительностью у женщины оказывается не много, она начинает воспринимать эти процессы, как проблему.
Когда я вела курсы по подготовке к родам, я часто сталкивалась с тем, что эти физиологически обусловленные психические процессы воспринимаются и самой женщиной, и ее окружением, как что-то не вполне нормальное. Что-то, чего быть не должно быть и с чем нужно бороться.

«Беременные – эмоционально не устойчивы, плаксивы, неадекватны, «тупят на ровном месте»», — к сожалению, услышать подобное с негативной окраской не редкость.

Причиной такого отношения является отсутствие культуры беременности, родов, послеродового периода в нашем социуме, низкая эмоциональная культура и отсутствие контакта женщин со своей психо-эмоциональной сферой.

Женщины попросту теряются в этой возросшей эмоциональности и чувствительности.

Татьяна, 38 лет, обратилась ко мне сначала с вопросами невозможности забеременеть. Мы работали около 3х месяцев и беременность наступила. Таня пришла на консультацию с таким запросом.

— Я все время раздражена. На все. Меня все бесит.
— На что именно ты раздражаешься?
— На все. На мужа. На его слова. На его действия. На сестру. На ее вопросы. Это ужасно, но иногда я даже хочу материться.

И тут нужно рассказать предысторию. Таня вышла замуж несколько лет назад и с этого времени стала вести совершенно другой образ жизни. Если в «прошлой жизни» Таня была успешной женщиной, которая работала в шоу-бизнесе, то после выхода замуж, она ушла с работы, стала прилежной хозяйкой и хранительницей очага. Вечеринки, алкоголь, секс и деньги заменили длинные платья, без дрожжевой хлеб и сыроедческие торты. Даже на употребление матерных слов было наложено табу. Так хотела сама Таня. Это был ее способ забыть прошлую жизнь со всей болью, которую она причинила.

Однако, увеличение эмоциональной чувствительности во время беременности сделало свое дело. И Тане пришлось столкнуться со всем тем, от чего она пыталась уйти несколько лет.

Процесс неокортикального торможения во время беременности так же можно описать, как «падение» психологических защит. То, что раньше женщина не замечала или каким-то образом себе объясняла, с наступлением беременности не замечать и объяснять уже не получается.

Ирина, 29 лет, обратилась за помощью во время беременности.
— Я стала какая-то неадекватная. Часто плачу и обижаюсь. Со мной что-то не так. Это со всеми беременными происходит?
— Ты говоришь, что обижаешься. На кого именно?
— На мужа.
— На кого-то еще?
— Не знаю, может еще бывает на кого-то, но в основном только на него.
— Расскажи, пожалуйста, ситуацию, в которой ты плакала и обижалась.
— Ну вот хотя бы сегодня утром. Он проснулся и начал на меня наезжать, что я сплю и не приготовила ему завтрак. Обычно я встаю раньше и готовлю ему. А тут, сама не знаю как, я проспала.
— А как он «наезжал» на тебя?
— Говорил, что если, когда родится ребенок я буду забивать на него, он заведет себе любовницу. Это было самое обидное. Я расплакалась.
— А он?
— Сказал, чтобы я перестала нюни размазывать и позаботилась о нем.
— Ира, а было ли подобное в ваших отношениях до беременности? Наезжал ли он раньше на тебя, если ты что-то для него не делала?
— Да, было. Но, у меня никогда не было такой бурной реакции. У меня получалось быть мудрее и не обращать внимание. Иногда получалось переводить в шутку.

Надеюсь вы понимаете, что реакция обиды и слез Иры в ответ на психологическое насилие со стороны мужа — это нормальная реакция. А способность не обращать внимание на психологическое насилие по отношению к себе является не мудростью, а созависимым поведением, выученным поведением жертвы. И «оживление» эмоциональной сферы, которое произошло с Ирой во время беременности, это, безусловно, очень сложный процесс, поскольку требует дальнейшей сложной психологической работы и приводит к не простым психологическим выборам, однако, это хороший процесс, который дает шанс наконец-то обратить внимание на те сферы жизни женщины, которые не здоровы.

Благодаря большой активности лимбической симтемы во время беременности эмоциональная сфера женщины становится более ярко выражена. В некоторых случаях можно говорить об эмоциональной лабильности беременной женщины. И, к сожалению, до сих пор можно встретить мнение о том, что эмоциональная лабильность женщины во время беременности – это проблема, с которой нужно бороться. Либо обесценивающее и никуда не ведущее «это все гормоны».

Мой большой опыт психотерапевтической работы с беременными женщинами говорит о том, что эмоциональная лабильность — перепады настроения, большое количество сложных эмоций, с которыми женщина не может справиться, — является важной задачей психологического взросления женщины. Никогда никакие эмоции не начнут всплывать, если не было ситуаций, где они были подавлены.

Неокортикальное торможение — это падение штор, или приоткрытие дверей в шкаф со всеми скелетами, собранными за всю предыдущую жизнь.

Если в ситуации обычной психотерапии в гештальт-подходе чувствительность клиента повышается постепенно и психотерапевтическая работа изначально направлена как раз на повышение этой чувствительности, в результате чего психотерапия становится ситуацией управляемого кризиса. То, клиентки во время беременности, зачастую обращаются за помощью, находясь в ситуации, когда чувствительность повысилась резко и независимо от их желания, и что с этим дальше делать, они не знают. В такой психотерапевтической работе, с одной стороны, происходит экономия времени, которое в обычном (не беременном) варианте тратится на восстановление чувствительности клиента. С другой, имеет большую эмоциональную интенсивность при низкой степени осознанности, что создает свои трудности, и порой, приходится иметь дело с сопротивлением клиентки данному процессу «просто хочу, чтобы этого не было».»

P.S. Разрешение на публикацию личных историй получено. Имена и не имеющие существенного значения нюансы изменены.

Ваш комментарий